Ленинским районным судом г. Ижевска рассмотрено гражданское дело по иску жительницы г.Ижевска к скорой медицинской помощи о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение.

Судом установлено, что 01 января 2024 года в 17:13 часов диспетчеру скорой медицинской помощи поступил вызов от 57-летней жительницы г.Ижевска по поводу острой боли, отеков в конечностях ее 36-летнего сына. Вызов передан бригаде скорой медицинской помощи 02 января 2024 года в 04:08 часов, бригада прибыла на место вызова в 04:17 часов. Проведен осмотр пациента, поставлен диагноз, введена внутримышечная инъекция препарата. Пациент и истец отказались от транспортировки в медицинское учреждение.

02 января 2024 года в 18:24 часов диспетчеру скорой медицинской помощи поступил вызов на адрес места жительства сына истца, вызов передан бригаде скорой медицинской помощи в 18:28 часов, бригада прибыла на место вызова в 18:42 часов. Проведен осмотр пациента, поставлен диагноз. Пациент передан специальной бригаде скорой медицинской помощи, прибывшей на место вызова в 19:07 часов, пациент осмотрен, проведены дополнительные обследования, поставлен диагноз, введены инъекции медицинских препаратов, пациент госпитализирован.

В медицинской организации пациент в приемном отделении был осмотрен неврологом, токсикологом, реаниматологом, помещен в реанимационное отделение. В 21:00 часов произведен  осмотр реаниматолога - состояние тяжелое, в 21:27 осмотр реаниматолога - состояние тяжелое, в 23:00 часов осмотр реаниматолога - состояние крайне тяжелое. 03.01.2024 в промежутке с 01.30 час. до 02:00 час. на фоне проводимой интенсивной терапии зафиксирована остановка сердечной деятельности. 

При проведении судебно-медицинской экспертизы трупа была установлена причина смерти.

В ходе рассмотрения дела судом по ходатайству истца была назначена судебная почерковедческая экспертиза, на предмет определения подлинности подписи пациента в карте вызова скорой медицинской помощи об отказе от предложенной медицинской эвакуации. Экспертами установлено, что подпись выполнена не сыном истца, а другим лицом. 

В ходе рассмотрения дела судом была назначена судебно-медицинская экспертиза на предмет определения соответствия оказанной медицинской помощи. Экспертами было выявлено, что при оказании медицинской помощи 02.01.2024 произведена необоснованная задержка на 10 часов 55 минут между приёмом вызова и направлением бригады; установленный диагноз не полностью укладывается в клиническую картину, ни при втором, ни при третьем вызове пациенту не введен препарат, назначаемый при установленном диагнозе. Эксперты пришли к выводу, что госпитализация была оказана своевременно, причинно-следственной связи между смертью и действиями медицинских работников, оказанной медицинской помощью сотрудниками скорой медицинской помощи не установлено. 

Суд пришел к выводу, что причинно-следственная связь между оказанной сыну истца медицинской помощью сотрудниками скорой медицинской помощи и наступлением смерти не установлена, оказание медицинской помощи в медицинском учреждении в период с 02.01.2024 по 03.01.2024 соответствовало требованиям существующих клинических рекомендаций. Установлен дефект при оказании медицинской помощи сотрудниками скорой медицинской помощи, вызванный необоснованной задержкой на 10 часов 55 минут между приёмом вызова и направлением бригады, и фальсификация сотрудниками скорой медицинской помощи письменного отказа от госпитализации для дообследования, что способствовало ухудшению состоянию здоровья. Допущенные недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи в причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода не состоят. 

Суд, оценив в совокупности представленные доказательства, пришел к выводу о том, что медицинская помощь была оказана ненадлежащего качества, в связи с чем, истцу как близкому родственнику умершего причинены нравственные страдания и имеются основания для возложения на ответчика обязанности по денежной компенсации морального вреда истцу, поскольку отсутствие прямой причинно-следственной связи не опровергает обстоятельств, свидетельствующих о наличии нарушений при оказании ответчиком медицинской помощи, и не является основанием для освобождения ответчика от ответственности за допущенные дефекты при оказании медицинской помощи.

Суд взыскал с ответчика в пользу истца  компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб. и понесенные истцом расходы на погребение в размере 69720 руб.